ЧЕМ ОНИ ТАМ ДУМАЮТ
Часто приходится слышать и читать риторический вопрос в отношении действий
властей: чем ОНИ ТАМ думают?! Это имеет место не только сейчас в отношении
постсоветской власти, но имело место и в советские годы в отношении советской власти.
И даже в отношении власти западных стран, которым стремятся подражать российские
власти и которых всячески превозносят российские мыслители. Ниже я хочу дать
краткую справку о том, чем на самом деле ОНИ ТАМ думают.
Человек как социальный атом обладает телом и управляющим органом. Последний
обладает способностью познавать явления реальности (скажем - интеллектом, умом) и
способностью принимать решения с учетом результатов познания и заставлять свое тело
выполнять их (скажем, решимостью, волей).
Разделение на управляющий орган и управляемое тело имеет силу и в отношении
объединений множеств людей в единое целое. При этом часть членов объединения
становится воплощением функций управляющего органа, а остальные - управляемого
тела. Это разделение является обязательным (закономерным) для всякого
жизнеспособного объединения от двух человек до многих миллионов.
С усложнением человеческих объединений происходит разделение интеллекта и воли
так, что один становится особой функцией одних членов управляющего органа, другая -
других.
Они совместно выполняют функции управляющего органа, но внутри его различаются.
При этом доминирует функция воли (включая выработку и принятие решения -
решающе-волевая функция). Она становится функцией власти, объединения.
Волю (власть) и ум олицетворяют различные люди. Вторые подчиняются первым. В
силу законов подчинения подчиненные не могут быть умнее тех, кому они подчиняются.
Вместе с тем, власть не может быть умнее своей собственной функции ума,
воплощенной в других людях. Тут - изначальное противоречие, достигающее большой
силы в современных человеческих объединениях.
В современных объединениях дифференциация власти и интеллекта идет далее. За
властью как таковой (как за особой сферой социальной организации) остается выработка
и принятие решений, принуждение людей к исполнению решений, контроля за
исполнением, управление процессом исполнения и т.д. Интеллектуальный аспект
превращается в совокупность людей, учреждений, организаций и т.п., которые органы
власти используют при обдумывании каких-то профессиональных проблем и решений.
В современных больших и сложных обществах, к числу которых относится и Россия, эти
явления стали значительными по размерам и важными по роли компонентами
социальной организации общества. Частично они узаконены в качестве подразделений
самой системы власти. Это - всякого рода советники, помощники, референты,
консультанты и т.п. представители власти. К их числу относятся также всякие комитеты,
комиссии, группы, центры и т.п. организации при парламентах. Общее число людей,
занятых в этом деле, огромно. Помимо этого аспекта самой системы власти, последняя
использует огромное число людей и учреждений из различных сфер общества вне
власти, - из науки, культуры, образования и т.д. Многие из них специально
ориентированы на обслуживание власти. Все это в совокупности образует
интеллектуальный потенциал власти.
Имеют место следующие тенденции в взаимоотношениях власти и ее интеллектуального
потенциала. Во-первых, второй все более приспосабливается к требованиям власти. Во-
вторых, степень его участия в выработке решений власти относительно сокращается.
Так что нет ничего удивительного в том, что большинство решений власти принимается
при отсутствии научного понимания управляемого объединения.
В России сейчас всякого рода институтов, центров, комитетов и даже академий,
обслуживающих власть или стремящихся быть полезными для нее, более чем
достаточно. Как они используются высшей властью? Думаю, что в ничтожной мере. И к
тому же лишь как средство руководящей рутины, а не в интересах понимания, о котором
я говорил ранее. По моим сведениям, все упомянутые учреждения и организации такое
понимание вообще дать не могут, а высшая власть не только к нему не стремится, но
даже активно противится. Так что тут имеет место почти полное соответствие.
Понимать социальные явления - одно, а править - другое. Российские правители
воображают, будто они все понимают лучше управляемых, ибо они правят и
функционируют в политической сфере. На самом же деле они мыслят на уровне
обывательского мышления и идеологических учений. Научно социальные явления они
не понимают, ибо научного понимания даже в профессиональной науке не сыщешь.
Науку правители принимают лишь постольку, поскольку она им служит, причем в
идеологически препарированном виде. Давать правителям научно обоснованные советы
бессмысленно - не поймут, отвергнут, исказят, присвоят в искаженном виде.
Официальные советники сами из той же породы. Они служат правителям, а не истине. К
тому же они попадают в советники, пройдя путь, исключающий научный подход к
социальным явлениям. Научное понимание социальных явлений имеет практическое
значение очень редко (переломные эпохи, стратегия), да и то не прямо, а через
идеологию и обывательское (практическое) понимание.
Ученые как правители - идея вздорная. Кем бы ни был человек, но если он - работник в
системе власти, он действует по законам власти, а не науки.
Власть может использовать науку в той мере, в какой это ей полезно и выгодно. Но она
не может поступать по законам, которые открывает наука, - тут разные измерения
бытия. Задача науки - делать открытия и изобретения. Задача правителей - управлять
людьми. Например, открытие в физике делали ученые. А делать или не делать атомную
бомбу и бросать ее или нет - дело политиков и военных. А российские правители волей
исторических обстоятельств поставлены в такие условия, что они вынуждены все более
погружаться в идеологическую фальсификацию реальности, одновременно имитируя ее
научное понимание. Впрочем, не они первые и не они последние.
Резюмирую сказанное выше. ОНИ ТАМ думают вовсе не тем местом, на которое
намекают задающие рассмотренный риторический вопрос, а как раз тем самым, которым
положено думать. Но в силу объективных социальных законов, неподвластных воле
правителей и управляемых, ОНИ ТАМ думают и поступают так, что у управляемых,
которые с точки зрения понимания реальности не превосходят управляющих, создается
впечатление о деятельности управляющих, порождающее рассмотренный риторический
вопрос.
Александр Зиновьев, 21.01.05 г.
