powered by FreeFind
         RUSSIAN         FRANÇAIS         ENGLISH         DEUTSCH         Contact        

АЛЕКСАНДР ЗИНОВЬЕВ

ЧЕМ ОНИ ТАМ ДУМАЮТ

Часто приходится слышать и читать риторический вопрос в отношении действий властей: чем ОНИ ТАМ думают?! Это имеет место не только сейчас в отношении постсоветской власти, но имело место и в советские годы в отношении советской власти. И даже в отношении власти западных стран, которым стремятся подражать российские власти и которых всячески превозносят российские мыслители. Ниже я хочу дать краткую справку о том, чем на самом деле ОНИ ТАМ думают.

Человек как социальный атом обладает телом и управляющим органом. Последний обладает способностью познавать явления реальности (скажем - интеллектом, умом) и способностью принимать решения с учетом результатов познания и заставлять свое тело выполнять их (скажем, решимостью, волей).

Разделение на управляющий орган и управляемое тело имеет силу и в отношении объединений множеств людей в единое целое. При этом часть членов объединения становится воплощением функций управляющего органа, а остальные - управляемого тела. Это разделение является обязательным (закономерным) для всякого жизнеспособного объединения от двух человек до многих миллионов.
С усложнением человеческих объединений происходит разделение интеллекта и воли так, что один становится особой функцией одних членов управляющего органа, другая - других.

Они совместно выполняют функции управляющего органа, но внутри его различаются. При этом доминирует функция воли (включая выработку и принятие решения - решающе-волевая функция). Она становится функцией власти, объединения. Волю (власть) и ум олицетворяют различные люди. Вторые подчиняются первым. В силу законов подчинения подчиненные не могут быть умнее тех, кому они подчиняются. Вместе с тем, власть не может быть умнее своей собственной функции ума, воплощенной в других людях. Тут - изначальное противоречие, достигающее большой силы в современных человеческих объединениях.

В современных объединениях дифференциация власти и интеллекта идет далее. За властью как таковой (как за особой сферой социальной организации) остается выработка и принятие решений, принуждение людей к исполнению решений, контроля за исполнением, управление процессом исполнения и т.д. Интеллектуальный аспект превращается в совокупность людей, учреждений, организаций и т.п., которые органы власти используют при обдумывании каких-то профессиональных проблем и решений.

В современных больших и сложных обществах, к числу которых относится и Россия, эти явления стали значительными по размерам и важными по роли компонентами социальной организации общества. Частично они узаконены в качестве подразделений самой системы власти. Это - всякого рода советники, помощники, референты, консультанты и т.п. представители власти. К их числу относятся также всякие комитеты, комиссии, группы, центры и т.п. организации при парламентах. Общее число людей, занятых в этом деле, огромно. Помимо этого аспекта самой системы власти, последняя использует огромное число людей и учреждений из различных сфер общества вне власти, - из науки, культуры, образования и т.д. Многие из них специально ориентированы на обслуживание власти. Все это в совокупности образует интеллектуальный потенциал власти.

Имеют место следующие тенденции в взаимоотношениях власти и ее интеллектуального потенциала. Во-первых, второй все более приспосабливается к требованиям власти. Во- вторых, степень его участия в выработке решений власти относительно сокращается. Так что нет ничего удивительного в том, что большинство решений власти принимается при отсутствии научного понимания управляемого объединения.

В России сейчас всякого рода институтов, центров, комитетов и даже академий, обслуживающих власть или стремящихся быть полезными для нее, более чем достаточно. Как они используются высшей властью? Думаю, что в ничтожной мере. И к тому же лишь как средство руководящей рутины, а не в интересах понимания, о котором я говорил ранее. По моим сведениям, все упомянутые учреждения и организации такое понимание вообще дать не могут, а высшая власть не только к нему не стремится, но даже активно противится. Так что тут имеет место почти полное соответствие. Понимать социальные явления - одно, а править - другое. Российские правители воображают, будто они все понимают лучше управляемых, ибо они правят и функционируют в политической сфере. На самом же деле они мыслят на уровне обывательского мышления и идеологических учений. Научно социальные явления они не понимают, ибо научного понимания даже в профессиональной науке не сыщешь. Науку правители принимают лишь постольку, поскольку она им служит, причем в идеологически препарированном виде. Давать правителям научно обоснованные советы бессмысленно - не поймут, отвергнут, исказят, присвоят в искаженном виде. Официальные советники сами из той же породы. Они служат правителям, а не истине. К тому же они попадают в советники, пройдя путь, исключающий научный подход к социальным явлениям. Научное понимание социальных явлений имеет практическое значение очень редко (переломные эпохи, стратегия), да и то не прямо, а через идеологию и обывательское (практическое) понимание.
Ученые как правители - идея вздорная. Кем бы ни был человек, но если он - работник в системе власти, он действует по законам власти, а не науки.

Власть может использовать науку в той мере, в какой это ей полезно и выгодно. Но она не может поступать по законам, которые открывает наука, - тут разные измерения бытия. Задача науки - делать открытия и изобретения. Задача правителей - управлять людьми. Например, открытие в физике делали ученые. А делать или не делать атомную бомбу и бросать ее или нет - дело политиков и военных. А российские правители волей исторических обстоятельств поставлены в такие условия, что они вынуждены все более погружаться в идеологическую фальсификацию реальности, одновременно имитируя ее научное понимание. Впрочем, не они первые и не они последние.

Резюмирую сказанное выше. ОНИ ТАМ думают вовсе не тем местом, на которое намекают задающие рассмотренный риторический вопрос, а как раз тем самым, которым положено думать. Но в силу объективных социальных законов, неподвластных воле правителей и управляемых, ОНИ ТАМ думают и поступают так, что у управляемых, которые с точки зрения понимания реальности не превосходят управляющих, создается впечатление о деятельности управляющих, порождающее рассмотренный риторический вопрос.

Александр Зиновьев, 21.01.05 г.



СТАТЬИ